Со времен концептуализации авангарда прошло не так много времени, но критерии эстетического были пересмотрены неоднократно, а понятие произведения искусства, уже представлявшееся проблематичным Бюргеру, понимается расширительно.

Директор музея M_HKA в Антверпене Барт де Баре предложил понятие «ансамбли», которое также возможно понимать как форму художественной практики, пришедшей на смену «произведению».

С конца 1960-х гг. и до настоящего времени искусство не только все более утверждается как процесс, но и понимается как событие, факт, включающий все этапы: подготовительную работу, мысленную и практическую, осуществление или реализацию и встречу со зрителем – так можно интерпретировать идеи новой эстетики Дэвида Дэвиса, искусство как перформанс.

В результате изменений понимания и создания искусства происходит переход от презентации отдельных произведений, объектов к инсталляциям, энвайронментам, к выставкам. Популярность куратора современной выставки отвечает духу времени, где фигура куратора соединяет в себе функции теории и практики современного искусства.

Барт де Баре не только вводит понятие «ансамбли» в теоретический оборот, но и в практику своей музейной деятельности: Ensembles – так называется приложение, которое скачивается посетителями в музее M_HKA в Антверпене и дает расширенное представление о художнике и его работе, близкое по оптике рассмотрения теории Дэвида Дэвиса в том, что можно выбрать и посмотреть не только те работы, которые находятся в собрании музея, но и материалы про самого художника, интервью, увидеть его во взаимодействии с другими художниками и зрителями.

Еще за три года до Московской биеннале современного искусства 2015 г. Барт де Баре размышляет над изменениями в современном искусстве, обращаясь к понятию авангарда: «Нужно сегодня так обновить наше видение настоящего, чтобы ближе рассмотреть исторический и понять, наконец, что изменения, которые мы осознаем сегодня, проходили в течение всего 20 в.».

Отношение к историческому авангарду позволяет выявить фокус взаимодействия искусства и политического контекста. По мнению Барта де Баре, после Второй мировой войны произведения исторического авангарда были выхолощены рынком, выведены из своего «событийного» контекста и, таким образом, Малевича свели к живописи, Родченко – к скульптуре, а Дюшана – к производству мультиплей. «Тело авангарда, его изучение форм, было поставлено на службу строительства послевоенного рынка искусства».

Так, с одной стороны, коммерциализировался, а с другой – музейная политика подыгрывала коммерциализации, потому что в музеях были произведения – или, мы сказали бы, объектные элементы перформанса, а художники отсутствовали. В чем смысл позиционирования авангардного художника? Барт де Баре видит его в том, что ранний авангард принимал вызов всего мира, считая, что он должен преобразовать его, создать новый мир как искусство.

Неоавангард, по мнению де Баре, создает собственное пространство, так что для авангарда общество будет мишенью, в то время как для неоавангарда цель – искусство. Сегодня от противостояния миру в искусстве авангарда необходимо перейти к созданию таких платформ, которые бы объединяли стратегии поведения, активировали фокус и рамки художественного действия одновременно.

Можно было бы сказать, что фокус смещается с пианино Бена Вотье на флюсус-концерт. привлекается автором и как концептуальный термин, и в качестве исторического материала. Но в данном случае художественные практики авангарда, сохраняя критический фокус по отношению к «институции искусство», не отказываются от сопричастности к искусству, а создают новые связи, «устойчивые отношения» внутри них, а моделью для создания подобных устойчивых связей становятся ансамбли – как в самих художественных институтах, музеях, так и с точки зрения теории.